Прелесть Мэрилин Самый желанный образ всех времен
	Часто ли вас охватывает ностальгия? Так уж мы устроены, что идеализируем прошлое, находя в старых фотографиях и фильмах ту прелесть, которую не видим в собственной жизни. Нас тянет к ретро, словно там осталось что-то такое, по чему мы бесконечно скучаем, и стоит только воскресить этот дух…
	Выпуск: HAIR'S HOW #91 май/2005 Размещено: 29.05.2005 (Голосов: 10, Рейтинг: 4.8) Прочитано: 402 раз; Комментарии: пока нет. Комментировать » | More

Золотая эпоха Голливуда. Сегодня ностальгия по ней возвращает на подиумы и страницы журналов гламурный романтизм черно-белого кино. Мы в плену у шарма и наивной трогательности старых добрых голливудских фильмов, где веселые бедные девушки и прекрасные миллионеры, переодевания и перестрелки, блестящие вечеринки и интригующие встречи, вечный джаз и вечное лето. Женщина-символ этой эпохи так обворожительна, остроумна, элегантна, так непредставима в условиях жизненной прозы, что воплощает собой «абсолю» неувядающей женственности. Это Мэрилин Монро.

Белое облако тщательно уложенных волос, улыбка пухлых полураскрытых губ, полуопущенные веки, мушка на щеке… Все эти не Бог весть какие атрибуты были способны придавать чудодейственную силу, преображая ее лицо в символ красоты и олицетворение пленительности. Со времен царствования Мэрилин каждый, кто попытается написать портрет «блонд в стиле гламур», обречен быть эпигоном в использовании тех безошибочных приемов, которые были характерны для созданного ею образа. Его секрет — в использовании оттенка пошлости и узнаваемости как козыря. Когда недоступная женщина демонстрирует откровенный sex appeal, то создается тот незабываемо привлекательный образ, который вызывает восторг не только любителей утех, но и истинных ценителей. Восхищенный зритель понимает, что перед ним звезда, но звезда из плоти и крови. Она улыбается только ему, и от этого он чувствует себя особенно приподнято. Внутри загораются солнечные протуберанцы, наполняя его жизненной энергией и пробуждая собственное либидо.

В чем же феномен созданного Мэрилин образа, позволяющий ей и спустя полвека после смерти оставаться самой желанной актрисой всех времен? Из каких «прельщающих» элементов он состоит?

Ее прическа

Белокурость — эротический фетиш с незапамятных времен. Но быть настолько блондинкой невозможно, даже если от природы волосы светлые — это Мэрилин признавала, хотя никогда не позволяла, чтобы кто-то увидел отросшие корни ее волос. Сменив за жизнь несколько вариантов прически — от полудлинных до коротко стриженых волос, она оставалась платиновой, сияющей блондинкой. Изначально, на заре кинематографической юности, ее образ был скопирован «под Джин Харлоу» — голливудскую звезду, прославившуюся ролями томных соблазнительниц. Страстная поклонница этой актрисы, юная Мэрилин начинала с того, что просто примеряла на себя безошибочные приемы обольщения, в числе которых и собственно цвет волос. Только если раньше киноиндустрия предлагала блондинкам два амплуа: простушки-субретки и холодной «пожирательницы мужчин», то именно Мэрилин расширила этот диапазон, доказав, что блондинка способна создавать более глубокие и теплые образы.

Ее макияж

Строго говоря, макияж «а-ля Монро» способен преобразить до неузнаваемости любое лицо. Потому что акценты в нем расставлены абсолютно на всем. Прежде всего здесь важен тон. Светлые, почти белые блики, нанесенные на лоб, под глаза и на подбородок, тщательно растушеваны, сверху нанесен основной тон. Благодаря такой игре светотени лицо приобретает рельеф и скульптурность. Мушка, украшающая щеку, подчеркивает продуманность этих усилий.

На глаза во всю ширину верхнего века нанесены перламутровые бело-розовые тени. Внешняя сторона века подчеркнута оттенком на два тона темней. У ресниц проведена четкая стрелка на верхнем веке и едва заметная на нижнем. Брови контрастируют с цветом волос. Но главное — это губы. Над ними пришлось потрудиться. Губы обведены контурным карандашом интенсивного цвета, причем этот контур прилично выведен за их естественную линию. Затем на них нанесен грим разных оттенков — чуть светлей в центре верхней губы, совсем светлый в центре нижней, все это тщательно растушевано. И сверху обильно положен блеск, чтобы добиться нужного эффекта припухлости. Готово. Пум-пум-пи-ту.

Ее одежда

Прежде всего благодарное человечество будет вспоминать атласное черное платье и белый развевающийся сарафан. Да, Мэрилин умела эффектно себя преподнести, но эти два наряда… Вы видели что-нибудь сексуальней? Обладательница не самой длинной шеи и не самых удачных в мире ног, она делала выигрышную ставку на демонстрацию своих выдающихся достоинств. И в этом обтягивающий силуэт верха и глубокое декольте были ей верными помощниками. Потом, господа, не будем забывать, что мужской организм устроен так, что в женском теле реагирует прежде всего на изгиб. Захватывающая дух разница между объемами груди, талии и бедер всячески подчеркивалась этой дальновидной женщиной. Много ли вы вспомните актрис той эпохи, которые столь непринужденно и легко демонстрировали свое тело? Причем, несмотря на резкий контраст между костюмами из кино и тем, что она носила в жизни, даже в самых целомудренных нарядах она умудрялась выглядеть эротично и привлекательно.

Отдельно стоит упомянуть обувь. Вид маленькой женской ножки красивой формы в открытых туфлях на каблуке способен свести с ума и здравомыслящего зануду. А что уж говорить о поклонниках! Зная это, Мэрилин отдавала предпочтение обуви, не скрывающей ее прелестных пальчиков.

Язык тела

Кстати, туфли на каблуке играют решающую роль в разрабатывании правильной, от бедра, походки. Если вы еще не знаете: такая походка возникает, когда верх тела абсолютно фиксирован, плечи расправлены, а низ при ходьбе работает на полную катушку, причем одна стопа ставится строго перед другой. Насколько это трудно и нужно ли так ходить всегда — каждая решает для себя. Но Мэрилин не раз проделывала эксперимент, сутуло выходя на улицу в кроссовках и отмечая, что на нее абсолютно не обращают внимания. И стоило ей сменить походку, как в ней тут же, не веря своему счастью, узнавали кинозвезду.

Обращают на себя внимание тактильные движения Мэрилин по отношению к самой себе. Ноги все время будто поглаживают друг друга, руки что-то теребят либо поправляют прическу. Пластика чуть угловата, но вместе с тем точна и исполнена какой-то внутренней неги. Ее последний муж Артур Миллер вспоминал: «Она была королевой и бродягой, то молилась на свое тело, то впадала в отчаянье от обладания им. Мужчины при одном взгляде на нее теряли самообладание, женщин душила злая досада, житейские компромиссы расползались по швам, а ее тело становилось светлым лучом правды. Она знала, что, появись в любой компании, обязательно вызовет переполох, улыбкой разрушит самый благопристойный союз, и упивалась своей властью…»

Как ни парадоксально звучит, но для того чтобы упиться властью собственной женственности, необходимо известное мужество. Если вы владеете атрибутами привлекательности, безошибочно действующими на мужчин, — будьте готовы не обращать внимания на козни и провокации. Ведь вы продумали и впечатление, которое производите, и безупречную линию своего поведения. И, право слово, разве на сегодняшний день это не умно? Ведь рядом с прелестной женщиной можно быть только джентльменом!